– Я – бедняк, у которого всего два костюма, но моя обязанность – излечивать слабых, больных, беспомощных. – Кувшин почти опустел. – Лимон, лист алоэ и эти таблетки!

Момент был выбран идеально. Чудо-таблетки появились как по волшебству. Торговец продолжал нахваливать их с новым усердием. В Кито пилюли продавались по две тысячи сукре – сорок центов. Он же готов был расстаться с упаковкой из восьми капсул, рецептом приготовления и книгой с перечнем болезней и чудодейственных лекарств всего за какие-то десять тысяч сукре – около двух долларов. Другими словами, потерять доллар двадцать с каждой продажи. Но никто и не думал заниматься подсчетами. Все бросились к продавцу, чтобы поскорее ухватить свои пакеты. Будучи человеком, который, по его словам, не умел высчитывать прибыль, он, однако, отсчитывал сдачу с быстротой молнии.

Более пятидесяти покупателей медленно побрели прочь, зачитывая вслух рецепты на обложке брошюры. Продавцов лимонов на рынке сегодня ждала неожиданная касса.

Я вернулась в комнату переполненная сомнениями и стала ждать стука в дверь. Мысль о приеме у доктора Хуана Доминго Харамильо была так же приятна, как перспектива пойти на свидание вслепую. Доктор был знакомым знакомого моего знакомого; его мне порекомендовали как эксперта по истории Отавало, человека, который в точности знает, что именно нас интересует. Я уже представляла, как меня три дня отсылают от одного важного человека к другому, где я выслушиваю бесконечные речи и в результате не узнаю ровным счетом ничего.

Как я ошибалась! Хуан, ворвавшийся в номер моей гостиницы, выглядел так, будто только что проехал всю Индию из одного конца в другой в вагоне третьего класса. Из драных джинсов торчал хвостик рубашки. Круглые, как у бурундука, щеки, неотразимая улыбка и недельная щетина.